Порка девочек рассказы


Лекарство от ревности Из цикла "Пасечник". Уже с утра она всячески старалась выразить свое "недовольство, перерастающее в негодование". Ларчик открывался предельно просто : ни с того ни сего, часов в девять, на пасеке появилась крепкотелая молодуха лет тридцати, чуть ли не с порога заявившая какие-то особые права на деда Никанорыча. То в щечку чмокнет, то плечики под объятия подставит, то в нужное время крутым бедром качнет : в общем, женскому глазу азбука понятная. Приехала Натка вчера очень поздно, на пасеку добралась чуть не в первом часу, и потому никаких "воспитательных мероприятий" Никанорыч проводить не стал. Может, от усталости, может, по каким другим причинам, но покаяние Натки в грехах выслушал совершенно спокойно и ровно, сказав лишь : - Утречком и разберемся. А утречком приперлась эта самая Аннушка : вот уже время к пяти, а она все еще изображает пятое колесо в телеге. Кто она такая, что нужно от деда, почему трется возле него как привязанная я ни один вопрос из гордости Натка не задавала. Но и ответов сама найти не могла, что бесило еще больше. Демонстративно ушла на огород, так же демонстративно отказалась "похлебать окрошки", а ближе к обеду прополку грядок вела в купальнике : том самом, который терпеть не мог дед - "Это чего за три веревочки на сиськах и письке? Позорище бесстыжее, а не одежка. Порка девочек рассказы действительно казалось, что Натка ковыряется на грядках голышом : "веревочки" и те были телесного цвета. Но сейчас дед стал сердится всерьез - не было еще такого, чтоб дважды позвал, а девка ни сном ни духом, ни фунт внимания. И Натка поняла, что перегибать палку не стоит я отряхнула от налипшей земли ладони, накинула на себя более приличный наряд в виде легкого сарафана и вернулась в дом. В сенях нос к носу столкнулась еще с одним гостем я она даже не слышала, как к пасеке подъехал порка девочек рассказы Москвич с фургончиком. Анна и водитель фургончика резво таскали к Москвичу порка девочек рассказы с медом. Оказалось, что машина где-то сломалась с самого утра, Анна добралась пешком, и только сейчас забирала то, ради чего и приехала : рыночный товар от Никанорыча. Не успел оранжевый хвост фургона скрыться за деревьями, как дед коротко и отрывисто велел понурившей голову Натке : - Крапивы нарвать! Потом - в горницу. Крапивы Натка нарвала действительно много, завернув этот зеленый порка девочек рассказы пук петлей длинного рушника : словно большой сноп пшеницы внесла в горницу. Дед уже вытащил из сеней старый бочонок с мутным рассолом, где мокли в ожидании Наткиного тела гибкие, словно леска, длинные ивовые и березовые прутья. А слухать ты будешь лежа. Тяни скамью на середку, чего стоишь? Девушка привычно взялась за потемневшую от времени доску, шириной больше похожую на стол и с натугой, в три приема, вытянула скамью на середину горницы. Как ревность корчить, так едва не голышом, а как правду-матку слушать, так сарафан силком с тебя тянуть? Мигом - и сразу наголо, чтоб твоих веревочек видеть не успел! Натка торопливо стянула порка девочек рассказы и в два коротких рывка сбросила купальничек, потом без команды гибко опустилась на колени, села на пятки и завела руки за спину. Натка встала, повернулась в красный угол и широко перекрестилась, потом вздохнула всей грудью и решительно, порка девочек рассказы бросаясь в ледяной омут, легла на крапиву. Едва успела вытянуть руки и ноги, как на ресницах предательски заблестели слезы, а сквозь сжатые вроде бы губы вырвался негромкий, но наполненный мукой стон : - М-м-м-м. Тысячи злобных искр впились в голое тело, ошпарили нестерпимой болью живот, круглые ляжки, жестоко опалили тугую грудь со вспухшими сосками. Пошевелиться означало увеличить страдания и Натка с ужасом ждала, что сейчас дед возьмет розги я а под просоленной лозой волей-неволей будешь вздрагивать, извиваться : голышом, совсем-совсем голышом на злобной крапиве! Оберегая лицо, она подняла голову и едва разлепила порка девочек рассказы, чтобы ответить на первый вопрос : - Почему психовала? С каждой секундой крапива мучала все сильней и сильней, жар становился нестерпимым, впивался все глубже. О-о-ой, деда, как горит! Ой не могу как горит! Чего о себе возомнила? А ну-ка, не подымайся на локтях! Крепче, крепче сиськами жмись! Натка начала громко всхлипывать : пытка казалась бесконечной, хотя дед и не думал прекращать наказание : он хорошо знал возможности своей "воспитанницы". Однако розги в руки не брал, продолжая неторопливо ходить вдоль распростертой на скамье голой девушки и негромко, как-то увесисто, читать нотацию : - Никому душу не открывай и не показывай! Пусть горит, пусть больно в сердце, но чужому туда глядеть не давай! Это хуже, чем голая по проспекту! Ты чего меня позоришь? Какие такие права ты взяла меня ревновать? Надо будет, полный дом девок наберу и любить стану, а ты мне не полюбовница, ты во внучки пришла! Чтобы я учил тебя, воспитывал, на разум наставлял! В таком тоне он громко и размеренно рассуждал еще минут пять, пока стоны Порка девочек рассказы не перешли в сдавленный и почти непрерывный хрип, а по телу стали пробегать короткие и резкие судороги, словно под плеткой. Наказывать дальше смысла не было - девка уже плохо соображала, что ей говорил Никанорыч, пытка и так "пробрала" до косточек и дальше превращалась в наказание просто ради боли. А так нельзя, девчонку надо учить, а не попусту мучить. Но тут пришло время удивиться и деду, которому казалось, что "свою внучку" за год знакомства изучил уже наизусть : - Все равно ты только мой. Никанорыч даже почесал в затылке : ну что ты с нее возьмешь! Не обращая внимания на резкий ожог крапивы, подсунул под тело девушки сильные руки, легко поднял со скамьи и в три шага перенес к дверям. Зрелое, сильное тело девушки казалось ему невесомым : свой груз горб не тянет. Донес до колодца, уложил на густую зелень травки лицом вверх, ласково провел ладонью по залитому слезами лицу. Все тело девушки стало густо багрового цвета, только ярко белела нетронутая крапивой впадинка между грудей и низ живота : Натка до самого конца наказания едва заметно держала на весу бедра, чтоб спасти от крапивы крутой порка девочек рассказы и внутреннюю сторону ляжек. Молча поднял бадейку колодезной воды, окатил девушку с шеи до ног. Вода охладила горящее от жуткой боли тело, опираясь на руку порка девочек рассказы, Натка встала и виновато глянула из-под мокрых ресниц : - Деда, ты не думай. Накажи хорошенько, и вправду была дурой. Однако же поперед немножко полечить надо. В маленькой комнатушке за порка девочек рассказы Натка легла на узкую кровать, с которой Никанорыч по-хозяйски убрал покрывало. Ароматное масло, вареное на семи травах, иногда уже касалось Наткиного тела я но до сих пор дед не растирал ее сам, своими руками. Зачерпнув щедрой горстью, плеснул на грудь. Неожиданно легкими от таких рук-лопат движениями растер по тугим шарам грудей, сладкой масляной лаской обнял мгновенно отозвавшиеся соски. Ладони порка девочек рассказы ниже, кругами очертили подтянутый живот, прошлись по стройным порка девочек рассказы ножкам. Набирал масло, втирал, откровенно ласкал покорное тело девушки, которое вдруг из послушного, податливого превратилось в гибкое и порка девочек рассказы : Натка откровенно, не стыдясь и не скрываясь, плавным изгибом тела раздвинула ноги, пальцами огладила груди и соски, приоткрыв губы и призывно, открыто бросив отчаянный взгляд из-под ресниц : - Деда! Никанорыч мягко убрал ее руки с грудей, накрыл своей ладонью. Вторая легла на живот, масляно и порка девочек рассказы скользнула к стонущему от нахлынувшей страсти лобку : - Пойми, девчоночка : ты мне очень нравишься. Ну как не знаю кто. Ты уж прости да пойми. Голенькая ведь лежишь, вон ножки сами собой в стороны раскрываются, щелка аж набухла вся! А ты разумом живи, душой крепкой, а не губками сладкими! А то сейчас заместо головы ты кой-чем другим думаешь, девка! А ну-ка, девка, резко мысли возьми да поверни : как да в чем виновата, как меня сегодня подставляла, как себя дурой ставила. Про вину думай, про наказанье, а не про похоть! А пусть эта Анна сама меня посечет! Хочешь, я ее на коленях попрошу, повинюсь и плетку подам! И пусть бьет меня, голенькую, при тебе! Дед нахмурился : - Кому и как тебя пороть, это уж я сам решу. От Аннушки-продавщицы наказанье получить - мысль дельная. Вроде маслом не трогал? Ну как не совестно : как есть голяком, ляжки развела и порка девочек рассказы деду срамное место вот так выставила! Только не за то, что передо мной голышом вот так выгибаешься : это дело юное, понять можно. Сначала за ревность и за дурость. А уж потом и за твои "веревочки" получишь - специально, что ли, такой срам надеваешь? Мода для умных, а порка девочек рассказы дурочек - розги! Пять минут спустя Натка снова вытянулась на скамье. На этот раз крапивы под ней не было, теплый аромат масла ссохся на горячем теле тонкой лаковой пленкой, от порка девочек рассказы обнаженное тело плотней ощущало широкую порка девочек рассказы лавки. Ласки кончились, девушку ждала порка. Но волна упоенного возбуждения не ушла, скорее, просто спряталась глубоко внутри, вытянулась горячей струной вдоль всего тела, скрылась на время, хотя держала Натку в странном напряженном ожидании. Это было именно то настроение, когда боль приносила ей глубокое, настоящее наслаждение, пугавшее ее саму своим приходом. Раскаяние, чувство щемящей вины и решимость зачеркнуть эту вину рубцами на голом теле, притаившийся страх показаться слабой - смешалось все. Дед вытянул из кадушки, так и ожидавшей своего часа возле скамьи, несколько ивовых лоз. Стряхнул капли рассола я брызги коснулись ее тела, девушка чуть заметно дрогнула налитыми половинками. Голыши твои круглые трогать не стану, а вот спинку. Не обессудь, внучка - все розги по спине пойдут. Оно и больней, и злей, и памятней. Взлетали вверх, замирали на мгновение в воздухе и резко летели вниз ивовые розги. Зло посвистывали, опускаясь на голую спину наказанной, чертили на лопатках и по всей спине порка девочек рассказы роспись порка девочек рассказы. Никанорыч был в ударе - каждая розга ложилась ровненько, пересечений почти не было и лишь кое-где алели маленькие, чуть заметные капельки крови. Хлестал без злобы, но сильно и очень больно, лишь изредка делая паузы, чтобы сменить розги и зайти с другой стороны скамьи. Отмахивал повыше прутья, примерялся и снова стегал девчонку, негромко приговаривая почти про себя : - Для ума. А вот еще по плечикам. Но что это мы все порка девочек рассказы розги да Никанорыча? А как там наша Натка? То запрокидывая голову, то пряча лицо между рук, она гибкой русалкой извивалась под розгами. Приподнималась на животе, вскидывала напряженные ноги, порка девочек рассказы сжимала нетронутые лозой половинки и не стесняясь, в голос стонала и вскрикивала. Тугой лук изогнутой под прутьями спины, поднятые плечи, рывок плотно сжатых ножек и снова свист секущего прута, который заставляет девушку отвечать ему все телом. Она не считала ударов - ни вслух, ни про себя : сбилась где-то на тридцати. Не до арифметики я не только голой спиной, всем телом она впитывала боль наказания, вкус свистящих просоленных розог, которые секли тело, но лечили душу. Как в тумане, услышала короткий отсчет Никанорыча : - Полста! Облизнула вспухшие искусанные губы поначалу ведь крепилась, глупенькая - под солеными розгами! Компресс из розги, он завсегда помогает! Опираясь руками на край скамьи, Натка с трудом, но встала сама. Поморщилась от жгучей боли, пошатнулась, но выровнялась и требовательно заглянула в лицо Никанорыча : - А когда за купальник. Мужик провел ладонью по шарам грудей, еще хранящим порка девочек рассказы блеск и красноту крапивы, повернул Натку спиной к себе, придирчиво оглядел иссеченную спину, нетронутые бедра и пришлепнул по круглому заду : - Самые лучшие компрессы, сама знаешь я на ночь глядя. В баньке отпаришся, и готовь свою круглую задницу. Лечение от купальника начнется в чертово время - ровно в полночь. Но пока еще светло, пока порка девочек рассказы впереди ужин, впереди пахучая баня и осторожные касания исхлестанной спины, горящих плеч. Душа - порка девочек рассказы внимательного лечения требует : по частям и по строго отмерянным дозам. До встречи в аптеке, читатели! © 2001 A-Vicing Полностью сохранены стилистика и орфография автор Продолжение рассказа "Лекарство от ревности" Ночь для души Из цикла "Пасечник". Лечение от купальника началось в чертово время - ровно в полночь. Но пока еще светло, пока еще впереди ужин, впереди пахучая баня и осторожные касания исхлестанной спины, горящих плеч. Пока еще лечение не закончилось. Душа - она внимательного лечения требует : по частям и по строго отмерянным дозам. На этом месте мы в свое время оставили читателя со знаком вопроса : а что будет дальше? Что ждет Натку за упрямое надевание этого откровенного купальника, который так терпеть не может Никанорыч? Если кто-то подумал про порцию розог или хорошую порку тяжелым солдатским ремнем, то он порка девочек рассказы. Сказано же - душа, она внимательного лечения требует. И в полночь началась вовсе не порка. Мужик по жизни грамотный и тертый, Никанорыч подпоил Натку ровно настолько, чтоб разговор пошел порка девочек рассказы душам, на откровенность, но чтоб и язык не заплетался, когда порка девочек рассказы - "Ты меня уважаешь? Мази, баня да снова мази свое дело порка девочек рассказы я девушка явно отдохнула, согнала боль от дневных "воспитаний", спину уже не саднило, так что и эти дела разговору по душам вовсе не мешали. Никанорыч отрицательно мотнул головой : - Не так. Я хочу, чтоб голую правду ты мне говорила тоже порка девочек рассказы. Снимая сарафан, поймала себя на мысли, что впервые раздевается перед ним не для массажа и медовых притираний, не для наказания, а. А вот просто так я потому что он захотел, чтобы она стояла перед ним обнаженной. Под сарафаном не было ничего, кроме юного тугого тела. Никанорыч велел ей закрыть глаза и взяться пальцами за соски. Неожиданно для себя Натка даже вздрогнула, когда сделала то, что он сказал. Медленная и плавная волна возбуждения пошла сверху вниз, ноги непроизвольно напряглись, а крутые бедра медленно, словно нехотя, плавно и сильно качнулись в сторону. Повинуясь его голосу, девушка сначала как бы нехотя, а потом все откровеннее выполняла порка девочек рассказы, что говорил : то ласкала, то щипала пухлые и сочные соски грудей, наклонялась вперед, доставая пальцами до пола и высоко вскидывая голый зад, широко раздвигала ноги и обеими руками проводила по половым губам, и это повторялось не раз. До тех пор, пока ее дыхание не стало прерывистым, порка девочек рассказы и она, не открывая глаз, ощутила несильное нажатие не плечи : - На кровать, Натка. Лицом вниз, ну, вытянись, как перед поркой. Девушка быстро легла, вытянув вперед руки и скрестив их в запястьях, выровняла ноги и чуть-чуть приподняла сочные бедра. Потому, что Натка с придыханием простонала что-то, уткнувшись лицом в суровое синее порка девочек рассказы, а ее бедра приняли. Нет, не удар секущей розги, а словно властный порыв мужчины. Дед положил руки на ее ляжки, помедлил, ожидая пока девушка еще разок-другой подвигает бедрами и одним властным движением раздвинул так, что вся Порка девочек рассказы прелесть оказалась на виду. Снова кивнул : при недавних ласках она была влажной и даже на вид горячей, но сейчас, когда девушка лишь представила себе розги, внешние губы откровенно вспухли, приоткрылись и буквально сочились любовной смазкой. Никанорыч не дал ей сдвинуть ноги, оставляя ее такой же беззащитной и открытой. Просто я ни о чем не спрашивал. И купальник твой я специально, чтобы меня разозлить? Знаешь ведь, что не переношу такого вранья : то ли голая, то нет. Эти твои "веревочки" хуже вранья, потому что исподтишка, потому что не честно! Порка девочек рассказы, мало тебя и без них драл? И вину никакую выдумывать ведь не надо : напроказила, получаешь. Ну-ка, накинь сарафан да пошли к столу. Остынешь немножко, а порка девочек рассказы уже задница вздрагивает, словно не говорю с тобой, а трахаю в две дыры сразу. И порка девочек рассказы столом, и потом снова в бане, порка девочек рассказы Никанорыч повел Натку уже во втором часу ночи, все продолжалось в том же духе, словно одними разговорами дед решил довести "внучку" до оргазма. Впрочем, в бане в дело пошли не только слова : Натка безо всякого стеснения, с громкими и сладкими стонами нежилась под его руками я а одетый в одни лишь холщовые штаны дед то намыливал, то споласкивал, то легко массировал ее горячее тело. Гладил, потом сильно тискал и снова гладил груди, живот, мягкими разводами мыла покрывал круглые, подрагивающие от возбуждения половинки, ласково пришлепывал ладонью между раздвинутых ног, с ворчливым удовольствием выговаривая Натке : - Ну откуда ты свалилась на мою голову, красота бесстыжая! Только и радости, что потискать да погладить. Натка изгибалась все резче и судорожнее : ей действительно уже становилось больно от постоянного, все более растущего возбуждения, которое никак не находило выхода. Когда он взялся за бритвенный станок и в несколько сильных движений совершенно "открыл" всю ее прелесть, Натка уже кусала руки, истекая соком. Она и сама не понимала, почему никак не наступает жаркая, пьянящая волна оргазма, хотя настолько хорошо и сладостно ей было впервые в жизни. Может быть, это и был оргазм длиной в несколько часов? Забываясь, шептала искусанными губами : - Ну трахни же меня! Возьми силком, как голую сучку! Ну сделай, сделай же что-нибудь! И от бритвы, и от постоянных касаний все влагалище вспухло, стало призывно-красным, капли пота выступили даже на крутом изгибе лобка, а легчайшее касание клитора буквально бросало девушку в дугу - но сцепленные по его приказу за головой руки она опустить не смела. Ни рук, ни ног. Только сладкие губы помежду ляжек. Только огонь в матке. Тебе хочется еще больше огня! В этих пухлых складках. В этой мокрой щели! В ней нет стыда, она вертит тобой как порка девочек рассказы Она виновата во всем! Деда, милый, накажи ее больно-больно! Не увидела руки-то за порка девочек рассказыа почувствовала, как в ее ладони оказался пучек прутиков : - Ножки пошире. А теперь сама и наказывай. Натка привстала на локте, взмахнула правой рукой и неожиданно зло, сильно, стегнула ивовой лозой по лобку. Тонкие концы коротких, но очень гибких прутиков сочно впились в голые половые губы. Порка девочек рассказы, словно рожая, замычала девушка и хлестнула снова, потом снова и снова. Ее сил хватило на пять ударов : выпустив из пальцев иву, накрыла ладонями груди, стиснула соски и порка девочек рассказы грудным голосом скорее простонала, чем выговорила : - Сам. Ну же, секи ее! Никанорыч неторопливо, чтобы дать уйти первой волне резкой боли, провел мыльными ладонями по раскинутым ляжкам, по пострадавшему местечку, по втянутому животу и взяв под порка девочек рассказы, поднял ее раскинутые ноги вверх. Согнул, молча положил ее ладони под коленки я она поняла, зажала ноги, все шире и беззащитнее разводя их в стороны. Вместо боли вдруг с изумлением ощутила на раскрытых и совершенно мокрых половых губах щекотное касание жестких усов : - Ну, уж прости старика, голышка. Плеснул водой из ковшика, чтобы еще более гладким стало бесстыдное место, выпрямился, почти не глядя выбрал из кадушки порка девочек рассказы : не короткую ивушку, которой стегала себя Натка, а длинный, хорошо промоченный, красноватой вербы. Такими розгами на заду полосы рисовать - и то девка порка девочек рассказы корчится, крик глотает, а тут самое нежное да сокровенное! Взмахнул, примерился, еще раз сам себе шепнул оправдательное - "бесстыдница! От такой боли Натка даже не почувствовала. Это сразу перешло какой-то порог восприятия, она открыла глаза и словно со стороны, внимательно и напряженно, смотрела на происходящее : вот вскидывается вверх лоснящийся гибкий прут, вот он неслышно свистит, глубоко впивается в очерченный валиками половых губ овал, корчатся в напряжении упрямо раздвинутые ноги какой-то голой девки и волна судорог проходит по всему ее телу, сотрясая даже груди. Еще раз поднимается розга, рука почти не видного сейчас человека сдвигается чуть в сторону, и между ног этой позорно выставленной негодницы вскипает еще одна резкая полоска, перечеркивая ее голую щель крест-накрест. Поверните ее на живот, стегайте ее попу и спину. Не надо стегать прутьями ее складочки, ей же очень больно! Почему она так лежит? Я же вижу, как плотно врезается прут, как он липнет к ее голому местечку, как нехотя отлипает, оставляя черный след боли. Не секите ее между ног, ей порка девочек рассказы И только сейчас она услышала это слово, которое казалось чем-то чужим и посторонним. Оказывается, это порка девочек рассказы ее слово, это она его порка девочек рассказы кричала, нет - воем выла при хлесте розги : - Бо-о-ольно!!! Никанорыч морщился, словно больно было и ему, но отмахивал розгу повыше, ладней прицеливался и снова вписывал прут между дергающихся ног девушки. Старался не попадать по рубцам, но Натка мешала ему, неудержимо дергая задом, казалось, во все стороны сразу. Но держала, добела вцепив пальцы, свои ноги вверху и в стороны. Порка девочек рассказы его глазах мелькнуло уважение, но жалеть ее он не мог, не имел права. Ты же знаешь, что порка по прелестям - без счета, пока не закроешься! Уже губок твоих сладких не видно под резкими отметинами рубцов, уже щелочка багровеет от муки, уже голосок порка девочек рассказы слабей и хрипит. Я тебя все-таки переупрямлю. И розга сечет уже не наискось, отдавая часть боли всей промежности и ляжкам, а точно вдоль распахнутой раковинки, злым концом впиваясь в налитый страстью клитор. Словно лопнуло что-то : капелька алой крови на конце прута и брызгами - любовный сок бешеного, длинного оргазма, от которого девку сбросило с топчана. Корчась на мокром банном полу, зажала руками лоно и вперемешку, как в бреду, вскрикивала : - Больно! Ей и не пришлось просить, чтобы из бани в дом он отнес ее на руках я он сам поднял Натку, словно драгоценность, шептал в ухо ласковые порка девочек рассказы слова, уложил не на узкую кровать в горнице, а на пуховик в спальне, обложил живот и ляжки теплыми компрессами на травах. Не поленился подать бодрящую рюмку своей фирменной медовухи и, когда высохли озера ее слез порка девочек рассказы и странных слез - про боль и сладость она шептала ему, словно заведеннаякогда утихла волна мучительного огня между ног, испытующе заглянул в глаза, до самого дна достал : - А вот если сейчас, без ласки и без разогрева, чтобы не срамное место, а душа силы давала и страх не пускала я снова скажу ножки раскинуть и снова - розгами по голенькой? Нет, я буду просто любить. Тебя и твою розгу! А если уж совсем по-честному, то ты уж прости меня, но не все это, однако. Порка девочек рассказы позову, рюмочку за здоровье выпьем - и еще разок полежишь на лавочке. Передком вверх : потому как надо и грудки твои ладненькие посечь. © 2001 A-Vicing Полностью сохранены стилистика и орфография автора Кобылка. Наполовину они говорили по-русски, наполовину по своему, по-казахски. Точнее, по-русски более-менее понятно говорила только молодая казашка, которая и привела меня сюда. Как уж она там объясняла, я не знаю - но они поняли даже несколько круче, чем следовало. Короче говоря, в этой прогорклой от бараньего жира комнатушке старая казашка сначала завязала мне на голове темный платок убрус по ихнемуналила кумыса и потом приказала раздеваться. Молодая могла и не переводить - старая просто дернула за подол платья. В итоге я осталась совершенно голая, но в платке. Старая казашка одобрительно закивала, когда увидела, что лобок у меня чисто выбрит. Молодая переспросила, не мусульманка ли я, я ответила, что так захотел мой хозяин. Старая шлепнула меня по заду и что-то спросила, а молодая со смехом перевела - почему хозяин не поставил клеймо на своей кобылке. Я ответила, что если захочет, то поставит, и что я уже носила на заднице его печати - от пряжки солдатского ремня. Первый раз за весь день, в глазах молодой мелькнуло что-то вроде уважения. Она даже спросила : - Ты сильно кричала? Я ответила, что не кричала вообще. Она пожала плечами, может и не поверив, потом перевела наш разговор порка девочек рассказы и снова перевела мне ее слова : - Сегодня тебе придется громко кричать. Меня очень завел этот разговор - я ведь стояла с ними голая, меня ощупывали и рассматривали, говорили о предстоящей порке и т. Старая не могла этого не заметить, взяла мои же трусики и сильно вытерла мне между ног. Молодая смеясь сказала : - Апа говорит, что у молодой русской кобылки слишком горячая "ахтын" переводить не надо? Короче говоря, "апа" то есть пожилая женщина повела меня во вторую комнату и оттуда, через низенькую дверку - куда то вроде пристройки. Пол там был даже не деревянный, как в доме, а земляной. Плотная, твердо утоптанная глина. Молодая бросила на этот "пол" половичок из мешковины : - Тебя будут бить здесь. Смотрю - молодая разматывает веревку. Я сказала, что буду без связывания, они о чем-то переговорили с "апой" и молодая сказала : - Хорошо, тебя будут бить со свободными ногами, но руки все равно свяжем. Сошлись, как говорится, на этом "консенсусе". Молодая крепко стянула мне руки возле кистей, апа пошла в дом звать старика. Пока она ходила из уважения к мужчине она сама пошла его звать, а не крикнуламолодая присела на корточки возле меня и порка девочек рассказы : - Ты боишся? Ты не бойся, ты сильно терпи. Громко кричи, это не стыдно. Потом порка девочек рассказы : - А зачем тебе, чтобы тебя били плеткой? Она вроде бы даже обиделась, но потом я сказала : - Потом расскажу, ладно? Тут наконец пришел и старик. Картинка получалась еще та - он в толстом стеганом халате, какая-то мохнатая шапка на голове. Ну вылитый басмач из кино. На мешковине лежит со связанными руками голая девка в платке. В руках у басмача - та самая плетка, с которой порка девочек рассказы и началось. Он что-то сказал, молодая не вставая с корточек убрала у меня с плеч волосы, а старая тоже присела на корточки и зажала мне ноги. Молодая сказала, что дед хочет снова услышать, сколько ему бить меня. Я повторила, что заслужила двадцать ударов плеткой. Он кивнул, молодая велела мне : - Спрячь лицо. И я получила первую плетку. Ощущения поразительные - это совсем не розга и не ремень. Сначала, в какой-то первый миг, словно на спину легла холодная тонкая полоска. И тут же - полыхнула сумасшедшим огнем - таким раскаленным, что кажется сейчас прожгет спину насквозь. Огонь так же мгновенно перешел в волну боли - я и не представляла раньше, что можно стегать с такой болью! Порка девочек рассказы не оттого, что стерпела, а от того, что просто перехватило дыхание. Потом показалось, что горящая полоса на спине растекается вширь, захватывает всю спину - и тут холодная полоса коснулась попы. Молодая потом говорила мне и смеялась : - Ты била задом, как настоящая крепкая кобылка! Старая казашка с трудом держала мои ноги - буквально даже села мне на колени, потому что я действительно стала корчиться во все стороны - я потеряла всяческий стыд, все свои помыслы о терпеливости и мужественном поведении под плеткой. Я бесстыдно закричала, что мне очень больно, чтобы меня отпустили - а старик снова и снова хлестал порка девочек рассказы плеткой - то по спине, то по заду. Правильно сказала старая, что я обязательно буду кричать. В-общем, эти двадцать плеток превратились в один сплошной огненный кошмар. Сейчас вспоминаю, а на спине и на бедрах словно жар пробегает. Когда меня кончили пороть, я порка девочек рассказы как девочка - и вся была мокрая от слез и от пота. Совершенно мокрая - как будто на мне пахали. Пока я там рыдала и приходила порка девочек рассказы себя, старик уже ушел. Гульшат потом сказала, что ему понравился мой зад и мои ноги. Старая казашка тоже ушла, а Гульшат помогла подняться и повела назад, где я оставила всю одежду. Все тело очень сильно болело, я все еще всхлипывала, и Гульшат вытерла меня мокрой тряпкой. Стало полегче, дали попить кумыса и скоро я почувствовала, что могу уходить. Но прежде чем уйти, я сделала порка девочек рассказы умный шаг за этот день - договорилась, что попозже мы с Гульшат встретимся. Она проводила меня до остановки и даже дождалась вместе со мной проходящего автобуса в наш город. Взяла с меня слово, что я обязательно приеду : - Я научу тебя скакать на лошади, а ты расскажешь мне, почему ты хотела, чтобы тебя били. Дома я рассмотрела себя в зеркале. Рубцы вздувшиеся, на концах - корка подсохшая, где плетка до крови рассекла, цвет багрово-синий, и даже на руках темные следы - оказывается, это от веревок, потому что я сильно дергалась при порка девочек рассказы, а руки были туго связаны. Вот такие дела про "русскую кобылку", как меня назвала Гульшат. Мы с ней подружились. Так уж получилось, что первой приехала не я, как обещала, а она. Они привезли в наш город продавать баранину, и Гульшат позвонила мне. Встретились, и я пригласила ее домой. Она была в восторге от комнаты и особенно от порка девочек рассказы. Привезла кое-какие деревенские продукты. А потом увидела на стенке гордо висящую над моей кроватью плетку. Бесцеремонно стянула с меня халатик, трусики, посмотрела на следы от плетки и шлепнула по попе : - Молодая, красивая! Приезжай еще - будем тебя бить голую! Гульшат едва заметно смутилась, потом задорно вскинула голову : - Я как гибкая змея, а ты как красивая кобылка! Меня нужно бояться, а тебя надо объезжать! Потом стала куда более серьезной, зачем-то оглянулась и сказала : - Абай велел передать, чтобы порка девочек рассказы приехала, как захочешь. С этими словами она жестом показала, чтобы я расстегнула ее платье. Лифчика на ней не было, только легкие традиционные шаровары. Гульшат остановила мои руки, когда я пыталась взяться за резинку и снять их с нее. Повернулась спиной, и я замерла : на смуглой и действительно по-змеиному гибкой спине девушки узкими тонкими полосами красовались следы недавнего строго наказания. У нас женщин бьют через шелк, а ты легла голая. Апа очень злая за твое бесстыдство, абаю понравился твой белый зад и ляжки. Он подарит тебе плетку еще лучше, если ты снова ляжешь в его юрте совсем голая. Кончились эти "разговорчики" тем, что в ближайшую порка девочек рассказы субботу я снова пылилась в трясучем автобусе. Гульшат встретила меня в райцентре - точнее, вместе с ней был и черноусый широкоскулый казах на новеньком мотоцикле с коляской. Он все время улыбался и поглядывал на меня, но я не смущалась - Гульшат успела шепнуть, что никто ничего не знает. На все остальные смущения времени у меня осталось немного. Приехала я примерно к обеду, а уже через час Гульшат ввела меня в юрту абая. Она переводила, хотя порка девочек рассказы слова и жесты старика можно было понять без перевода. Получив утвердительный ответ Типа того - а какого же черта я тогда сюда приехала? Отвечала ему Гульшат - сказала, что так пожелал мой господин, на что абай согласно закивал : мол, послушная женщина это хорошо. Он разложил передо мной три плетки : кожаную витую та самая, которой меня пороли в прошлый разкожаную трехгранную с острыми краями и крепко свитую волосяную, следы от которой я видела на лопатках Гульшат. Я выбрала именно ее. Абай снова закивал, потом махнул рукой и подруга перевела : - Абай сказал, что ты можешь выбирать: тебя будет наказывать старая апа, тебя могу бить я или ты хочешь, чтобы тебя порка девочек рассказы абай? Я кивнула абаю, и Гульшат сразу перевела его следующие слова : - Дедушка говорит, что можно порка девочек рассказы наказывать по-нашему, я тебе говорила, как, а можно наказывать и совсем голую. И еще - можно наказывать лежа на кошме, а можно посреди юрты, но тогда ты будешь не просто голая, а надо будет широко раздвинуть ноги, чтобы ты лежала как шкурка барана. У нас так наказывают только любимых жен и самых лучших наложниц. И тут я решила понаглеть : - Скажи абаю, что я буду лежать посреди юрты и раздвину ноги как смогу широко, но за руки меня пусть держит тоже голая Гульшат. Прежде чем переводить, Гульшат негромко прошипела мне : - Если ты хочешь, чтобы мы с тобой были голые, видели друг друга и любили друг друга, становись моей кобылкой. Абай тут ни при чем. И перевела по-своему : - Русская девка будет лежать раздвинув ноги. Тогда мне велели раздеваться, но не сразу догола. Хотя бы внешне я должна была изобразить "любимую наложницу", чтобы принять наказание. Гульшат приготовила мне нечто среднее между белой кружевной паранджой и свадебной фатой - именно так : практически голая. Но в юрте началась уже совсем другая история. Продолжение возможно следует © 2002 A-Vicing Лейтмотив один: тоска по патриархальному укладу, образ Деда-Отца. А написано на обычном для автора порка девочек рассказы уровне, сочно и красочно, мне особенно "Кобылка" понравилась. Замечательные рассказы, что уж тут говорить Впрочем, каждый ташкин "пост" уже в своем роде был Замечательный рассказ цитирую один из постов "Насчет черничника и брусничника это Самый Старый В Мире Ворчун. Разве что при ускорении падения прутика на попу свыше трех звуковых. А насчет соли пока не увлекайся - порка девочек рассказы то тут тебе насоветуют, что с лавки взлетишь после трех стежков и в полете Верхнего свалишь, травмируешь. Относительно бани - меня несколько смущает термин "настоящая русская". Если тяга к старине - то пороть в бане не очень получится - потолок больно низкий. Если тяга именно к бане, пару, ароматам и прочее - то искать придется наверное все-таки нечто современной постройки. Это сложнее, чтоб современная и выполнена с таким же искусством и умением как настоящая, порка девочек рассказы. Но если найдете - поверьте, это будут впечатления непередаваемые и неописуемые. Кстати, как городским двоешникам в пятом поколении на всякий случай дарю рецепт заварки веника. Не суйте его на полчаса в кипяток, как делают стандартные городские чуньки!!!!! В итоге получите скользкую массу лисьев и остатки березового запаха. Крутым кипятком только сполосните окуните на пару секунд! Процесс требует умения и осторожности порка девочек рассказы правой рукой берется веник в варежке!!! У вас на глазах он распушится, станет невероятно пушистым, мягким-мягким-мягким, а пока вы будете неудержимо стонать от нахлынушего запаха березы, и ахать от накатившего пара, готовьте второй ковшик, можно чуть поменьше - и еще разок тем же образом. Не буду оскорблять вас обоих пояснением, что холодную воду на каменку не кидают даже городские. Такой веник держит хорошую пропарку двух человек по нескольку раз - настолько делается гибко-прочным, за счет сухости принимая пот, не превращаясь в зеленые сопли и в розги. Проверка готовности веника - несколько взмахов. Лучше мужской рукой, порезче - не на попе, а по воздуху! Если листики уже не срываются - все, готов. Дайте пропарить вас сначала запаху березы - не лупите друг друга веником, это еще не порка! То есть веником как бы парьте, но не касайтесь тела - при хорошей поддаче пара вас проберет легкий озноб - значит, температуру нагнали нужную для себя. Порка девочек рассказы вот теперь не просто кипяточку на камни, а с добавками. Самые простые - немного старого пива, старого хлебного кваса, капля меда, настойка листьев брусники, той же смородины. Если есть время а в баню на пять минут не забегают! Когда наступит полный сабспейс не по отношению к верхнему, а к БАНЕотдышитесь. Потом возьмите только что испорченный первой городской заваркой веник, обдерите на фиг листья с десятка самых длинных и гибких прутиков. Можете не связывать в пучек - стегать по три, пять или десятком решит Верхний. Приготовьте ушатик ледяной воды. Оба - в парилку. Еще раз уууух-как поддайте! Легла, причем не по-модному, выставляя чего не надо, рано! Верхний ушатиком ледяной - сзади, от бедер к спине, чтобы волной подняло волсоы, и пока ты мычишь или визжишь в кайфе от контраста, он успеет взять розги, и. Не от боли, я не оговорилась - розги короткие, не соленые, но тело распапрено докрасна, ледяная вода еще капельками между ягодиц, по грудям, по ногам, вдоль спины, а прутики уже поддают жару, ты понимаешь, что ты не в порка девочек рассказы, а настоящей в бане, что сейчас "игра" в порку превратилась в память ста сот поколений, что тебя сечет твой любимый Мужчина, и никакая боль тут не важна - ты будешь отдаваться розгам так, как не сможешь в самом бешеном экстазе принять мужчину. Про баню оценить не могу, не любитель, а вот про крапиву как-то явно чересчур написано. Никогда не слышал про жуткую боль только от лежания на крапиве. Впрочем, жанр патриархальных сказок отнюдь не требует строгой достоверности и целомудрия. В этом смысле тексты А-Викинг в чем-то даже фольклорны. Или еще что-нибудь из старого A-Викинг? Если поискать, то можно и еще кое что найти но слегка отредактированное Про крапиву хочу сказать из личного опыта, если после крапивы плеснуть водой, то никак не охладишь, а наоборот начинает сильнее гореть Два двугривенных. В старой, слегка покосившейся избе пахло брагой. Казалось, мутный дым сивухи пропитал все насквозь - хозяйка, грузная и вечно пьяная тетка Глафира, гнала самогон в немеряных количествах. С печи ставила казан порка девочек рассказы брагой ее "помощница" - взятая из милости батрачка Ленка, сирота из соседнего хутора. Девка была тихая, безответная, и парни уже порка девочек рассказы заглядывались - особенно усердствовал поповский сынок Лешка. То леденец притащит, то ленту в волосы подарит - а волосы у Ленки были на зависть! Порка девочек рассказы роскошная, за пояс. Одна беда - тихая-тихая, а несговорчива порка девочек рассказы девчонка - других порка девочек рассказы и тискали на сеновалах, сиськи горячие вовсю щупали, по круглым задам оглаживали - а эта не давалась. Никому, даже Лешке - хотя всякая бы рада за горсть леденцов губки алые подставить. Так любовью воспылал недоросль, что дурное дело замыслил - знал, что Глафира на расправу крута, а в хатенке не больно-то прутьями помашешь : драла она свою батрачку в сарайке у дома. И вот хитрый наш недоросль якобы по просьбе отцовской в хату Глафиры заявился, бутыль чистенького первачка купил, а втихаря пачку зеленой махры в брагу-то и ухнул. И хитер же оказался - не свою махорку, а хозяйкину! Вначале в сенях затаился - как раз у бочки с рассолом, где дубцы - розгачи всегда мокли, часа своего дожидаясь. А потом решил сразу в сараюшку перебраться, место в зрительном зале занять. Поторопился, однако - крещенские морозы не шуточки, в сараюшке как известно печки нет, даже в полушубке и валенках пробрало его до озноба. Ухнула примерзшая дверь хаты, под валенками снег запел - шли двое. Глаза к сумраку привыкли, а Глафира-хозяйка еще и дверку нараспашку оставила - так что виделось Лешке все, что хотелось. А увиделось ему многое! Аленка вошла с непокрытой головой, в шубке, однако босая. В руках здоровенный пук мокрых дубцов - толстых, что твои шпицрутены, и гибких словно плети. За ней тетка уткой переваливается - моток вожжей в руках да бутыль мутная. Девка как всегда молчит, а тетка знай себе пилит и пилит - и за махорку сворованную, и за порка девочек рассказы порченную, и за прибыток порка девочек рассказы. Чем больше пилит, тем больше свирепеет - наконец, силком батрачку свою к лавке толкнула, кричит : - Кладись, сучка! Та только глазами исподлобья зыркнула, гордячка противная, и у лавки встала. Плечами повела - и аж задохнулся на своих темных полатях Лешка - на фоне белого снега ярким золотом сочное девьчие тело. Как есть голая, в чем мать родила, крепкая, большегрудая, ножки длинные, зад круглый и ладный! Косу на грудь перебросила, а на лавку глянешь - мороз по коже : от инея белая-белая, заледеневшая! Не хотела целоваться - вот теперь кладись, дуреха, на морозе от розги шкура в лохмотья станет! Скинула она, значит, шубейку и как есть голышом - на лавку мерзлую. Ни звука - только лавка скрипнула, да девка слегка на животе приподнялась - ага, стерва, сиськи да греховное место бережет, к ледяному дереву не прижимает! Порка девочек рассказы тугой вожжей ее руки порка девочек рассказы лавке примотала - сноровисто, накрепко, а ноги свободно оставила. Смотрит Лешка дальше - хозяйка кукурузный початок из бутыли выдернула, и мутной струей на голое тело - от плеч до ляжек. Еще и руками растерла - в нос сразу сивухой вдарило, девка задвигалась под руками, зад натуго стиснула - и кожа сразу как в бане покраснела, чуть паром не пошла. Помедлив, девка расслабила тело - а хозяйка одной пятерней ее половинки в стороны растянула, и еще плеснула первача - прямо ей помежду булок белых, да так, чтобы в срамное место побольше попало. Сквозь зубы застонала Ленка, ровно кипятком шпаранули, порка девочек рассказы задом и снова его накрепко стиснула. Глафира бутыль в руке мотнула, к горлышку приложилась, хлебнула от души. Девке говорит : - Ты тож хлебни, стерва негодная - порка девочек рассказы то простынешь, голосрачкой тут лежать! Ленка отрицательно замотала головой - мол, не надобно. Придирчиво отобрала штук пять, каждый прут в воздухе на гибкость пробуя. Собрала пять в одну розгу, порка девочек рассказы поудобней, примерилась и грозно велит : - Ну, кайся, стерва! Выгибай вверх задницу - чтоб посадче доходило! Девка на скамье прогнулась, послушно приподнимая круглые бедра. По мнению хозяйки, попа приподнялась недостаточно : - Выпирай покруче! Голый сочный зад приподнялся еще повыше. Словно почуствовав резкий замах тетки Глафиры, Ленка замерла и затаила дыхание. Прутья взлетели вверх, замерли. Девка резко дернулась, глухо охнула, а на белых круглых булках ее зада сразу стали темнеть и вспухать яркие порка девочек рассказы. Тут же хлестнула вторая розга, третяя. Гибкие тяжелые прутья летали и летали, беспощадно полосуя голую задницу - и вскоре девка не стерпела боли, громко застонала и плотно прижала бедра к лавке. После двадцати жестоких ударов Глафира опустила пучок прутьев, уже истрепавшихся на концах, окупорила заветную бутыль, глотнула и снова плеснула самогоном на тело девки. Ядреная смесь ошпарила посеченный зад, Ленка выгнулась дугой и отчаянно простонала : - Жге-е-е-т! Сивушный дух добрался и до закутка,где Лешка затаился. Ох и захотелось парню глоток добрый сделать! Не от холода спастись - о нем уж и думать забыл, а вожделение подстегнуть : никто еще из парней Ленку во всей красе не видал, да еще вот так - на лавке растянутой и под розгами стонущей. В шароварах у парня набухло все и начало на волю рваться, поближе к тому тайному, и оттого еще больше желанному,темнеющему в приоткрывающемся межножье при каждом ударе. Тихонько,едва сдерживая сиплое дыхание, распустил поясок на шароварах и запустил руку вглубь, крепко обхватив свой торчащий корешок. Рука привычно задвигалась, точно как и почти каждую ночь, когда маялся воспоминаниями о подсмотренном девичьем купании еще летом, когда с братом в кустах прятались, а потом рукоблудили остервенело на сеновале, мечтая добраться до красоты виденной и натешиться всласть по-всякому. Брательник-то, старший, уже нашел себе зазнобу, из вдов, и как припечет в штанах, так к ней и мчится, а Лешка пока все руками обходится. Девки потискать позволят, а больше? Боятся, мерзавки, гнева отеческого за вымазанные дегтем ворота. И бегает Лешка после гулянья со звенящими, что колокола на отцовой церкви, яйцами на сеновал - до зорьки воображает с приглянувшейся девкой непотребства разные, к утру совсем уж в бесовство переходящие. А потом невыспавшийся измученный ходит по деревне и порка девочек рассказы на весь белый свет, взгляды недобрые на всех бросая. Недаром его за спиной - "волченышем" кличут. Тем временем Глафира уже пруты измочаленные отбросила, еще разочек коротко к сивушному горлу приложилась и повторила : - Щас я тя остужу! Попомнишь долгонько у меня! Ну гляди, девка, вожжа не розга, наскоро не измочалится, щас по-другому запоешь! Глафира распустила узел вожжей, стягивавших руки Алены, отмотала от лавки и обратно, уже на руку, намотала, оставив свободным хвост порка девочек рассказы полтора длиной. Видя это, девка тихо, но упрямо повторила - "Не виновата. Глафира коротко выдохнула сивухой, примерилась и размахнулась во все плечо. Вожжа мелкнула сыромятной кожаной змеей, сразу впившейся в плечи. Девка сильно и коротко дернулась, нервно напрягая красивые ноги, от жгучей боли дыхание у нее перехватило напрочь - и до третьего свиста вожжи не могла продохнуть! Тетка же ее молчанье по своему поняла : решила, что снова девка-негодница упирается! Порка девочек рассказы свободный конец еще на пол-аршина, чтоб шибче проняло. Даже на шаг отошла - а то такой длинной ременюкой не очень-то и приноровишся! Отмахнула назад и словно цепом на току - по сеченому розгами заду. Смачно, с силой врезалась в голый зад вожжа, и снова, и в третий раз. От сильных ударов девку едва не срывало порка девочек рассказы лавки, а в сивушно-морозном духе сарая наконец - то возник, поднялся и всплеском радости прошелся по Лешкину сердцу громкий, откровенный, вожжами выбитый стон : - Бо-о-о-ольно! Стон получился громким, но глухим и хриплым : Алена так и не подняла вжатую между рук голову и стонала, распиная губы на дереве скамьи. Ее ноги дрожали натянутыми от боли струнами, вожделенный порка девочек рассказы ритмично, в такт ударам, бился на скамье и точно так же, в такт рывкам девичьего зада, двигалась в штанах Лешкина рука. Виделась ему Ленка, лежащая уже не теткином сарае, а у них на подворье, на дровяных козлах привязанная. И не так, как тут, а бесстыдно, враскорячку, чтобы ему сзади стоять, а девке-гордячке быть в его власти - прутом или по заднице, или по сочным губам помеж них! Вся будет в его власти - хочет запорет, хочет помилует, хочет дюжину розог, а захочет - и сотню выстегает. А еще лучше и не розгами - сам же видел, как упрямая девка прутья терпит, так что вожжа в самый раз. Вожжами ее кручеными, вожжами! А еще лучше плеткой, а порка девочек рассказы лучше. Тут потерялся Лешка : похоть совсем затуманила и захрипел он все-таки, когда рука последний сладкий раз дернулась, все мысли его непотребные тысячей огней в голове взорвались и дурное порка девочек рассказы выплеснулось наружу. От нахлынувшей истомы уже не видел и не соображал ничего. Пока отдышался - девка на лавке еще тихо постанывала, но длиннющая вожжа больше не летала над ней, тяжело врубаясь в голое тело. Глафира ткнула в бок стонущую девку : - Теперь поди в дом, негодница! Я с тобой еще ополся разговор продолжу. Порка девочек рассказы суровой поркой, Алена тяжело поднялась с лавки, ухватила за ворот шубейку, в которой пришла, но надевать не стала, чтобы не липла одежда к посеченным розгами и вожжей круглым полушариям. Напоследок мелькнула в дверях сараюшки голым телом, снова золотым на белом снежном фоне, обрисовалась красивым контуром фигуры и пропала, словно видение, с Лешкиных глаз. А Глафира внезапно крутнулась на месте и с неожиданной для ее комплекции прытью в мгновенье ока оказалась за перегородкой, где порка девочек рассказы непрошенный "зритель". Ее сильная рука метко ухватилась за шиворот, приподняла и тряхнула, словно тряпичную куклу : у Лешки порка девочек рассказы зубы и мелькнула непрошенная, вовсе не к месту, мысль : "Вот силища у бабы! Как же она Ленку-то со всей руки драла? Еще разок встряхув добычу, Глафира присмотрелась к утонушему в полушубке трусливому зверьку : - А-а! Дак это же поповский сыночек! Пальцы разжались, Лешка едва не упал на колени, но что-то мелькнувшее в голосе Глафиры остановило. И точно - усмотрев и поняв, кто к ней пожаловал, тетка заговорила все так же грозно, но однако и поласковей порка девочек рассказы - А чего это мы тут хоронимся, паныч Алексей? Никак девку поглядеть схотели? Лешка только кивнул головой, судорожно сглотнув от нахлынувших картин недавно увиденного. Глафира стояла над ним как скала и широкой статуей гнала перегаром : - Вот оно теперь и ясненько, откуда махорка в порка девочек рассказы Однако пугался зря : Глафира выгоду упускать никак не собиралась. Тут же собразив, что к чему, коротко и дешево "продала" свою батрачку : - Готовь рупь. Товар оплатишь, а порка девочек рассказы той неделе, в чистый четверг, вечерком приходи. Пока в бане будем, в хату зайдешь, а там жди за занавеской, и без знака моего нишкни! Я Ленку по всем статьям постегаю, в тепле да в чистоте, там и налюбуешся, как она перед тобой всеми местами покрасуется. А денег не отыщешь - в тот же четверг сама к порка девочек рассказы батюшке приду. Тогда уж ты сам на лавку ляжешь. Глафира бесстыдно улыбнулась и всей пятерней подергала порка девочек рассказы нечесанных волос под платком : - Вот и еще прибытку. За такую безделицу, да целых сорок копеек навару! По виду Ерофеич действительно был "Дед Мороз с рождественской картинки" - с бородкой, морщинками, ласковым шепотком - ну разве что не такой упитанный. Незнакомке было лет двадцать пять : красивая, с гордо посаженной головой, всегда изысканно одетая женщина. Так и хочется сказать - дама. Самая бредовая идея, которая могла прийти нам в голову относительно их связи, ничего общего с реальностью не имела. Она приходила к нему в дом, никогда и ни от кого не скрываясь, уходила когда засветло, когда в полночь. Дед Мороз тоже посмеивался, хорохорился :. Я ведь еще ого-го! Какая уж там "иротика", когда деду под семьдесят? Но, с другой стороны, не в шахматы же они играли два-три раза в месяц? По селу упорно ходили слухи, что дед увлекается знахарством и всякими разными травами. Слухи имели под собой определенную почву, что в конечном итоге и снимало в глазах старшего поколения все вопросы о появлениях незнакомки. Однако мне все равно чудилось неизвестно что, вплоть до полетов незнакомки на метле. К тому же, она мне нравилась - так, как может нравиться изысканная и прекрасно одетая молодая дама полудеревенской девчонке едва четырнадцати лет. Старая истина : хочешь скрыть правду порка девочек рассказы скажи ее. Там действительно была "иротика". В темноте у забора замаячила тень. Сквозь разводы метели удалось разглядеть - Незнакомка, проваливаясь по колено в сугроб, что-то искала в вербовых кустах вдоль ограды. Блеснул нож - женщина, тщательно выбирая, то и дело срезала тонкие, длинные прутья. Набрав толстую связку, оглянулась, и торопливо пошла к крыльцу. Хлопнула примороженная дверь, загорелся свет в тыльной комнате. Пора браться за разгадку? Тихонько подкравшись, чтоб даже снег не скрипнул под валенком, я приникаю к замерзшему стеклу. Ерофеич стоит почти у окна, спиной ко порка девочек рассказы. Голосов не слышно - раскрыв какую-то потрепанную книжицу, что-то читет вслух : шевелится борода, грозит высоко поднятый палец. Сейчас начнется пришествие нечистой силы. Отодвинулся на шаг в сторону - и порка девочек рассказы глаза не верят самим себе : в углу, под темной иконой, покорно опустив голову, на коленях стоит совершенно голая Незнакомка. Волосы, рассыпавшиеся по плечам, поначалу совершенно скрыли поразительную деталь - молодая красавица была в широком кожаном ошейнике. Незнакомка послушно порка девочек рассказы головой, все так порка девочек рассказы на коленях приблизилась к Ерофеичу и поцеловала протянутые порка девочек рассказы руки. Глаза ее блестели, рот чувственно приоткрылся, она о чем-то жарко попросила деда. Поднялась с колен - стройная, с крупными белыми грудями, совершенно не прикрывая руками наготы. Боже, как мне захотелось быть порка девочек рассказы же красивой и беззастенчивой - стоять совершенно нагая перед мужчиной в полном сознании силы своей красоты и не только не порка девочек рассказы, но наоборот показывать свое тело как великую ценность. Вроде бы в ошейнике, вроде целует ему руки я но мне почему-то казалось, что исходящая порка девочек рассказы нее волна чувственности поглощает и подчиняет все вокруг, и горницу, и меня, и Ерофеича. Она первая вышла в большую комнату - горницу. Ерофеич - за ней, все так же держа в руках книжку. Кружевная занавеска на окнах горницы вообще ничего не скрывала - неяркий порка девочек рассказы словно весь сошелся на тугом теле молодой женщины, очерчивая плавный изгиб крутых бедер и гибкую спину. Ее руки скользнули к лобку - нет, она не прикрывалась - целую минуту, если не больше, под пристальным взглядом Ерофеича, Незнакомка все сильнее и сильнее возбуждала себя. Она делала это стоя, прямо перед ним, слегка расставив длинные стройные ноги. Плечи, груди, бедра - все в ней играло, все блестело молодой здоровой страстью. Потом, сильно закусив губы, она порка девочек рассказы головой и протянула Ерофеичу сложенные вместе руки. Тот в несколько ловких движений связал их толстой веревкой, небрежно и как-то с ленцой хлопнул ладонью по щекам. Красавица молча приняла несколько несильных пощечин, только слегка прикрывала глаза, когда вскидывалась ладонь деда. Когда он опустил руку, она вышла на середину комнаты, еще раз сильно провела ладонью между ног и быстро, одним порка девочек рассказы движением, легла на живот. Прямо на пол, на старые плохо крашеные доски, вытянув вперед связанные руки и опустив между них голову. А Ерофеич отложил наконец свою книжицу, вынес откуда-то из угла мокрые, блеснувшие на свету вербовые прутья. Стряхнул с них воду на спину и бедра женщины я она вздрогнула и плавным, каким-то покорно-зовущим движением широко раскинула ноги. Ерофеич пучком прутьев провел между тугих ягодиц, между ног. Незнакомка порка девочек рассказы на животе, отзываясь на прикосновение мокрых прутьев. А когда они скользнули между ног, даже прикусила губы. Все было как в немом кино, но я могла поклясться, что не услышала, а скорее нутром почуствовала ее страстный стон. Ерофеич отложил в сторону прутья, оставив в руке только один - длинный и гибкий. Женщина снова сдвинула ноги и порка девочек рассказы приподняла бедра, заметно напряглась. И розга быстро мелькнула, прочертив на ее круглом заду яркую полоску. Дернулись стройные ноги, снова мелькнул прут, жарко целуя голый зад. Незнакомке было действительно больно - она вздрагивала все сильнее, изгибалась, начала приподниматься на животе. Где-то к десятой розге, когда Ерофеич уже во второй раз сменил сломанный на ее теле прут, женщина вскинула голову : крепко зажмуренные глаза, прикушенные губы и блеснувшая предательская слезинка. Но даже со стороны, даже в "немом" представлении сквозь окно было видно. Нет, не просто видно - каждым движением, каждым изгибом тела, каждой судорогой женщина не принимала наказание, а буквально отдавалась розге. Она жаждала этой боли, этой беззащитности, этой унизительной наготы и подчиненной позы - и долго, старательно, всем телом сливалась с секущим прутом. А Ерофеич все также размеренно взмахивал рукой, расчерчивая ее голый зад, иногда делая паузу - видно, приказывал что-то - и женщина вновь, как перед первым ударом, приподнимала вверх бедра. Словно приглашая, выпрашивая у розги еще один горящий поцелуй. Вдруг она резко дернулась, изогнулась, до предела сжала ягодицы и забилась в судорогах - голая на голом полу. Я не замечала ни мороза, ни налипшего на меня снега - настолько заворожило порка девочек рассказы это действие. Уже тогда я внутренним чутьем поняла, что Незнакомка вовсе не играла какую-нибудь роль. Она была сама собой - она действительно наслаждалась, до судорог, до сладкой истомы, наслаждалась своим положением, своей подчиненностью, своей болью. Часа через два она садилась в автобус, который неторопливо ковылял с нашей окраины в центр города. Порка девочек рассказы такое же, чуть отчужденное выражение лица, холодный блеск порка девочек рассказы глаз, тщательно подкрашенные губы. Вежливо улыбнулась, как мало знакомой, но все-таки порка девочек рассказы мельком порка девочек рассказы девчонке и отвернулась к окну. Впору зажмуриться и потрясти головой. И все-таки она : щелкнул замок сумочки, проездной - контролеру. А в сумочке, хищно свернувшись, блеснул заклепками тот самый собачий ошейник.

Смотри также